Золотая команда. Алмаз и пепел

Но Сашина, конечно, не вмещается в черные газетные рамки некролога и казенные слова “искренние соболезнования”. Вместе с ним из жизни ушло многое, о чем хочется поразмышлять после того тревожного звонка…
Кажется, у Власа Дорошевича есть такие слова: “Хорошая игра — как крепкий поцелуй. Длится мгновения, но надолго остается в сердце”. Саша Прокопенко был великолепным игроком и выдающимся футбольным талантом. Я вспоминаю, как на одной пресс-конференции в Минске западный футбольный менеджер наивно (тогда об этом речи не шло) спросил:
— Можно ли приобрести этот алмаз для нашего клуба?
Когда это передали Прокопенко, он долго смеялся. Хотя, убежден, мог бы с блеском играть за любую европейскую команду. Жаль мне сегодня юных “фанатов”. Они не видели на поле Сашу Прокопенко. А мы видели. Как забил он пяткой гол, как один обыграл чуть ли не полкоманды, как, отдав все, упал без сил, вместе с финальным свистком чемпионского матча со “Спартаком” в 1982 году…
Он был игроком выдающегося класса.
И западная, “солидная” трибуна стадиона “Динамо”, и восточная, традиционно демократичная, одинаково любили Прокопенко. В нем как бы сконцентрировались наши заторможенные семидесятыми годами нормальные человеческие эмоции. Этот ловкий футбольный дьяволенок, бывший частью всех нас, стадиона, веселил, поднимал настроение и заставлял не унывать. Но все — от мальчишек, подающих мячи, до людей из правительственной ложи — знали, что у этого баловня спортивной судьбы совсем не все гладко в личной жизни. Все знали, что великий футболист — слабый за воротами стадиона человек… Сейчас обязательно найдутся люди, которые будут искать оправдание трагического надлома Прокопенко в социальной драме, будут искать аналогии с Есениным и Высоцким. Аналогии, безусловно, далекие, но, может, в чем-то эти люди будут правы…Станут говорить о том, сколь тяжело испытание славой — я помню, как ликовал “Юбилейный”, когда в ресторанном зале появлялся Прокопенко и к нему со всех сторон мчались с рюмками поклонники и прихлебатели… “С Прокопом вчера посидел”… Может быть, сегодня эти люди почувствуют укор совести… Впрочем, вряд ли — они давно потеряли интерес к знаменитому футболисту: увял нимб, прошли годы, и некогда великий, больной Прокоп в одиночку, избегая взглядов, пробирался куда-нибудь за угловой столик…
Но раньше, когда еще все можно было остановить, как мы умилялись его бесчисленным шуткам, ставшими частью городского фольклора!
— Саша, ты вчера играл, как Румменигге.
— Да ладно.. Посмотрел бы ты на этого Румменигге, если бы он пил, как я…
Мы смеялись над шуткой этого большого ребенка и, наверное, сами напоминали злых детей.
Смешно? Трагично!
Саша относился к своему таланту, как к бездонному колодцу. Увы, сила оказалась не беспредельной.
Такова спортивная жизнь…
Ах, если бы все было так просто. Окажись мы чуть-чуть тверже, мудрее и, вероятно, беспощаднее к Саше, как знать, может, и сегодня он бегал бы в динамовской майке по полю, чтобы доверчиво и наглядно (он играл, как жил) удивлять нас талантом.
Впрочем, что об этом говорить…
Но сегодня вновь какой-нибудь мальчик в Минске, Бобруйске или Лиде шнурует бутсы и будущее кажется ему светлым, беспроблемным и прекрасным.