Шрамы украшают...

— Эту встречу вы не доиграли из-за шайбы, угодившей в лицо. Раны уже зажили?

— Пришел в норму. Три дня назад сняли швы с губы. Теперь зубом расколотым нужно заняться. Знаю в Москве одну хорошую клинику. Обращаться туда уже приходилось — издержки профессии.

— Наверное, не бережете себя…

— Да нет, в игре с “железнодорожниками” случайно все получилось. Буцаев наносил бросок, а я хотел ему помешать. И шайба от моей клюшки срикошетила в лицо. Даже опомниться не успел, как оказался на льду. Губу и с внешней, и с внутренней стороны разорвало. Доктор у нас классный. Штопает, как портной. Полчаса работы — и готово.

— Предполагалось, что встречу с “Крыльями” вы пропустите…

— Тренер предоставил свободу выбора. Чувствовал себя неплохо, да и команде хотелось помочь: против “крылышек” “Северсталь” неудачно играет. Зубы бегу не мешают. Надел проволочную маску — и вперед.

— Это такая же маска, в которых юноши играют?

— Так точно. Лет восемь, как забыл о ее существовании. Пришлось вспомнить юные годы.

— И как ощущения?

— Непривычно как-то было. Чувствовал себя как в танке. Заглядываешь в эти щелочки, а половины площадки не видишь. Терялся поначалу, а потом приспособился. Ребята шутили: вот играл бы в обычном шлеме, точно забил бы.

— На физических кондициях эта травма как-то отразилась?

— Не особо. Единственное, пару килограммов веса потерял. Пришлось перейти на персональное питание, ограничиваясь бульоном, йогуртом и другой легкой пищей. Жене спасибо, это она меня кормила. Без супруги отощал бы. Пришлось бы на одном соке сидеть.

— Говорят, шрамы украшают мужчину. Ваша вторая половина согласна с этим утверждением?

— Она его не разделяет. Хотела даже домой, в Москву, уезжать. Испугалась, небось. Но затем передумала. (Смеется.)

— После резвого начала сезона, когда вы исправно набирали результативные баллы, в вашей игре наступил некоторый спад…

— Наше звено здорово смотрелось в дебюте чемпионата. Действовали в основном на эмоциях — сыгранности не хватало. Это Серега Бердников — старожил “Северстали”. А мы с Юрой Кузнецовым первый сезон в Череповце проводим. Но в последних матчах все вернулось на круги своя. Все-таки с ведущей тройки — спрос особый. В целом сезоном в своем исполнении пока доволен. Но до плей-офф глобальных выводов делать не стоит. Когда начнется рубка за медали, о личных показателях можно забыть.

— Не считая вас и “барса” Владимира Цыплакова (хотя и у него в последнее время прицел сбился), в суперлиге белорусы на ведущие роли нынче не претендуют…

— Цыплаков в каждом матче имеет по несколько хороших моментов, но не может их реализовать. Невезение в спорте — явление обычное. А то, что белорусы не являются в клубах лидерами, — минус для национальной сборной. Чемпионат мира в Голландии показал, что ближайший резерв не готов полноценно заменить ветеранов команды. И это в матчах с Францией, Казахстаном… Дай бог, чтобы местным ребятам пошел впрок опыт выступления на “Евровызове”. Но боюсь, что его может оказаться мало.

— По сборной соскучились?

— Конечно. Всех увидать хочется, пообщаться. Сколько ведь пройдено вместе. Единственное, пожелал бы, чтобы в сборной улучшилось материально-техническое обеспечение. А то приезжаешь из солидного клуба, а у доктора в аптечке — пластырь и две таблетки. Плюс с формой проблемы, с клюшками. Отвык я уже от такого.

— По окончании Олимпиады-2002 появилась информация, что на вас положил глаз “Коламбус”. Он вел с вами переговоры?

— Разговоры были. Но теперь игроки, выступающие в России, не рвутся в Америку по первому зову. Условия, предложенные “Коламбусом”, я счел неприемлемыми. Если соберусь в НХЛ, то с определенными контрактными гарантиями. “Пылить” в фарм-клубе у меня нет никакого желания.

— Может, приоткроете завесу над тайной, почему приглашению в московское “Динамо” предпочли “Северсталь”?

— До последнего был в раздумьях. Понимаете, с того момента, как я покинул “Динамо”, уровень моего мастерства, считаю, поднялся. И сейчас, мне кажется, я не смогу вписаться в динамовскую систему. Работа у Билялетдинова, у которого я играл три года, загнана в жесткие рамки. Она не предполагает свободы действий. Шаг в сторону — и ты на “банке”. В “Северстали” же, как и в “Магнитке”, все гораздо демократичнее. Сергей Михалев не диктует, как я должен играть. Такой подход мне по душе. А в “Динамо” и Саша Гольц не прижился. Его на трансфер на днях выставили.

— По вашему, “Северсталь” занимает сейчас свое место?

— Вторая позиция — наша. Для первого места нужно еще созреть. Изъянов в нашей игре хватает. До плей-офф больших задач руководство не ставит. Перед стартом сезона Михалев пошутил: на золото уже три команды нацелились, поэтому нам, ребятки, ничего не достанется. Вспомните, как оценивались шансы “Магнитки”, когда она двенадцать игроков потеряла. А она тихой сапой до чемпионства добралась.

— Интересно, что ваша база собой представляет? “Стратегический объект” тихоновского образца?

— База — слишком громко сказано. Обыкновенный коттедж, один из этажей которого отдан команде. Находится в зоне отдыха. Лес, озеро — красота… Но на свободу тем не менее не вырвешься. Хитро все придумано: чтобы выйти в город, нужно пройти через несколько заводских проходных. А бдительность на пропускных пунктах сами знаете какая. Так что любой соблазн пресекается на корню.

— Говорят, раньше череповецкую команду водили на экскурсии по заводу. Познакомить с жизнью рабочего коллектива…

— В этом сезоне такие мероприятия еще не проводились. Мы на этих экскурсиях каждый день бываем. Ведь путь на базу пролегает через территорию завода. Вы вот, к примеру, знаете, какая главная достопримечательность Череповца?

— Каюсь — не в курсе.

— Самая большая в мире доменная печь. Это вам не Париж…

— А откуда столь глубокие познания достижений индустриальной архитектуры?

— Люди рассказывали. В Череповце вообще, кроме ночного клуба (мы всей командой раз-два в месяц туда наведываемся), двух приличных ресторанов и хоккея, нет ничего. Весь город — это сплошные коптящие трубы. Но на бытовые условия грех жаловаться — квартира у нас отличная.

— Белорусы, игравшие в “Северстали” до вас, в кино любили наведываться…

— Мы с женой до кинотеатра еще не добрались. Видео смотрим. В последний раз из Москвы десять кассет привезли.

— А как проводят досуг канадские вратари — Кузино и Брошу?

— Чтобы тоску сгладить, они чаще других в ночной клуб наведываются. Непросто здесь ребятам, что и говорить. Кузино рассказывал, что, пробыв в Череповце неделю, хотел домой уехать. Сдержался. Говорил, что и Брошу обратно в Канаду попросится. Но вдвоем им веселее, оклемались уже. Постоянно какие-то темы по-французски обсуждают. Какие — никто и не догадывается. Французского не только в “Северстали”, но и во всей лиге, наверное, не знает никто. По большому счету, жаловаться им не на что. Здесь с ними возятся, как с малыми детьми, угождают во всем.

— Без сомнений, харизматичес- кая фигура “Северстали” — тафгай Александр Юдин. Любопытно, агрессия на льду — его естественное состояние или это спектакль для зрителей?

— Естественно, элемент шоу в его поведении присутствует. И не всегда, конечно, Саша в своих действиях адекватен. Если на площадке Юдин агрессор, то в быту — великий спорщик. Дискутирует на любые темы, получая от этого истинное наслаждение. И переспорить его практически невозможно. Не секрет, что Юдин — любимец прессы. И после того как вышло очередное интервью с ним, Михалев юморил: может, нам и на игры его не ставить? Будем возить по России и за деньги показывать. Популярность в городе у него сумасшедшая. Впрочем, и я вниманием не обделен.

— Это правда, что в Череповце из-за неблагоприятной экологической обстановки снег краснеет?

— Я тоже про этот феномен в интервью с Михалевым читал. Но пока с таким чудом природы не сталкивался. В Магнитогорске, кстати, снег тоже не белого цвета. Черного…

— А водку “Михалыч”, названную так в честь вашего наставника, в свободной продаже видели?

— Нет, но несколько бутылок с удовольствием купил бы. Не для внутреннего потребления. На сувениры пущу.

— А сами, что ли, не попробуете даже?

— Если только сам Михалыч угостит. После сезона.

— Болельщики у “Северстали” преданные?

— Странные они какие-то. Выигрываем, в лидерах идем — на руках готовы носить. А проиграли во вторник Новокузнецку — свист, недовольство. На этот счет Михалев тоже метко высказывается: от любви до ненависти — одна шайба.