ПРЫЖКИ НА БАТУТЕ. Тайные пружины

Едва отпраздновав свой олимпийский триумф, краснодарский батутист получил приглашение посетить традиционные соревнования по бодибилдингу от самого Арнольда Шварценеггера. Рассказывают, что дело было так. Видавший виды и поднаторевший на трюках Терминатор увидел запись выступления Москаленко на Олимпиаде и поразился мастерству атлета, взмывающего вверх на высоту трехэтажного дома. Предыдущим гостем турнира “Арнольдклассик” был абсолютный чемпион Сиднея по спортивной гимнастике Алексей Немов. С его подачи завязалось и другое звездное знакомство. Целую неделю король батута наслаждался пребыванием в Колумбусе: жил в отеле “Хилтон”, имел в своем распоряжении девятиметровый лимузин и общался с американским бомондом…

33-летний спортсмен, судя по всему, не пресытился головокружительными полетами и карьерой. На ноябрьском чемпионате Европы-2002 в Санкт-Петербурге в индивидуальных прыжках ему снова не нашлось равных. Не были статистами на континентальном первенстве и белорусы: Галина Лебедева стала третьей в сольном выступлении, разделила золото в синхронных прыжках с Татьяной Петреней и вместе с Екатериной Суббочевой и Людмилой Галузиной добыла командную бронзу. Через неделю на финале Кубка мира в немецком Ганновере белорусскую марку поддержали уже мужчины: Николай Казак занял второе место в индивидуальном первенстве и поднялся на третью ступеньку в синхроне с Владимиром Какорко. В Германии, где каждый уик-энд проходят клубные соревнования по этому виду спорта, наши соотечественники пользовались большой популярностью у зрителей, а в Питере борьба за медали проходила при полупустых трибунах. Примерно такая же картина ожидала бы турнир прыгунов и в Беларуси. Если устроить опрос на тему “Что за диковинка — батут?” на улицах Минска, большей части респондентов на ум придут цирковые представления, кому-то пружины лежаков и лишь немногим, людям состоятельным, фитнесс-тренажеры на дачной лужайке. Возможно, знатоки спорта вспомнят минувшую Олимпиаду, пятые места Дмитрия Поляруша и Натальи Карпенковой. А фамилии теперешних батутистов, защищающих цвета страны на международных соревнованиях, мало что скажут. Пожалуй, лишь в витебской СДЮШОР N 2 национальная сборная в чести: в городе над Двиной находится основная тренировочная база. И хотя дорогостоящую сетку время от времени латают, как рыболовные снасти, проходящие там из года в год чемпионаты Беларуси сохраняют праздничный антураж. Поскольку в белорусскую команду входят преимущественно спортсмены из областей, знают в лицо своих героев читатели “Витебского рабочего”, “Могилевских ведомостей” и “Гомельской правды” — порознь интервью с местными кумирами появляются на страницах региональной прессы. Чтобы не отстать от коллег, корреспонденты “ПБ” не преминули воспользоваться подвернувшимся случаем. По окончании сезона батутистов собрал воедино плановый медосмотр в спортивном диспансере.

Николай КАЗАК: Руки-ноги целы. Из всех видов спорта, находящихся под крылом ФИЖ, батут, наверное, меньше всего сопряжен с травмами.

Галина ЛЕБЕДЕВА: Переломы и ушибы грозят только начинающим. Если ты профессионал, то “производственную” болезнь можно нажить только из-за своей же ошибки. В основном “летят” спины. Повредить голеностопы можно лишь по собственной глупости.

— А со стороны кажется, что мягкая посадка вам всегда обеспечена.

Владимир КАКОРКО: Мы ведь тренируемся и на жестком покрытии. Акробатические элементы, всякие кувырки вперед-назад сначала делаем на ковре, а потом на батуте. Кроме того, есть еще закачивание спины, кроссы, прыжки из присяда вверх…

— Коль скоро вы являетесь членами гимнастической семьи, наверняка испытали на себе все превратности субъективного судейства.

В.К.: Да, от него никуда не деться. Хотя и не всегда соглашаемся с выставленными оценками, до апелляций и протестов дело ни разу не доходило. В спорных ситуациях при разборе каких-то ошибок иногда применяется видеозапись. Только на повторе можно разглядеть, дотронулся спортсмен до обкладки или нет. А вообще батутисты прославились не столько своей скандальностью, сколько благородством. Широкую огласку получил поступок олимпийской чемпионки Ирины Караваевой. После прошлогоднего чемпионата мира в Дании россиянка решила вернуть золотую медаль. Все потому, что исход ее соперничества с немкой Анной Догонадзе решила судейская ошибка: арбитры не засчитали противнице сложность. Проявление “fair play” президент ФИЖ Бруно Гранди еще долго приводил в пример другим. К судьям, которые допустили ту оплошность, штрафные санкции так и не применили. Но случаи, когда рефери дисквалифицируют или выносят им строгие предупреждения, нередки.

Н.К.: Судят наши турниры живые люди. Однако в синхронных прыжках сейчас придумали новшество. Чтобы не было разнобоя мнений относительно слаженности дуэтов, к батуту подводятся датчики, которые улавливают разность в колебании звука. Стоит с разбежкой по времени коснуться сетки — и оценка автоматически снижается. Скорее всего, компьютеризированная система будет применяться на всех соревнованиях. Насколько мне известно, ФИЖ ее уже узаконила, однако на прошедшей “Европе” с модернизацией решили повременить. Правда, в индивидуальных прыжках все остается по-старому. Там учитываются лишь техника и в произвольном выступлении — коэффициент трудности. Здесь мы в равных условиях с фигуристами и гимнастами. На сбавки влияют симпатии: этот понравился — тот нет.

— Когда у Караваевой спросили о критериях подбора батутистов для синхронных прыжков, она назвала сходство в исполнительском мастерстве, одинаковые комплекцию и рост, а также общность характеров. Какие параметры в цене у нашей сборной?

Г.Л.: Я согласна с ее мнением. Рост, вес — это визуальное восприятие. Конечно, желательно, чтобы партнеры были похожи друг на друга: если один высокий, а другой низкорослый — дуэт не смотрится. Но главное — это взаимоотношения внутри маленькой команды. Когда нет понимания, никакие прыжки не получатся. Моя прежняя напарница Наташа Карпенкова была на полголовы ниже меня, но мы все равно добивались успехов. С Татьяной Петреней выступаем совсем мало, считайте, всего год. Причем нередко, чтобы потренироваться, она садится в автобус или на поезд и приезжает ко мне в Витебск из Могилева. Перед финалом Кубка мира получилось так, что не было сборов, и Танюшка “в частном порядке” жила у меня дома. Географические препятствия — дополнительная сложность, поэтому своим украинским подругам из Николаева завидуем белой завистью. Победа в синхроне в Питере для меня стала полной неожиданностью. Мы смотрели на табло и не могли поверить, что выиграли. Из оцепенения вывел наш тренер Валерий Игнатьевич Вагель, подтвердивший, что мы первые.

В.К.: А я с Караваевой не согласен. На вкус и цвет товарищей нет. Будь у нас с Казаком одинаковые характеры, мы не ужились бы.

— Есть возможность выдать партнеру характеристику, в том числе и нелестную.

В.К.: Сор из избы выносить не будем. Коля более уравновешенный, спокойный, сосредоточенный…

Н.К.: Володя вспыльчивый, эмоциональный… Тем не менее на международных соревнованиях вместе выступаем с 96-го года, а на белорусских — еще раньше.

— Иные браки столько не держатся. Сколько же раз ваш союз был на грани разрыва?

В.К.: Честно говоря, и не сосчитать. Такое происходит всегда после заваленных выступлений. Кто-то один упал, сплоховал — и мимо финала, призовых мест пролетают оба. По горячим следам выпустишь пар, а потом успокаиваешься.

Н.К.: Просто начинаешь думать, что это не последний старт в жизни и делаешь шаг к примирению. Вообще же стараемся друг друга поддерживать. И по жизни не теряем связи.

— Дружба — это здорово. Но к Олимпиаде-2004, где снова станут разыгрываться только личные медали, так или иначе придется запастись эгоизмом.

В.К.: Пока в сборной ни за кем не закреплен ни первый, ни второй, ни третий номер. Хотя, как это часто бывает, третий оказывается лишним.

Н.К.: В Сиднее могли выступать по 12 спортсменов и спортсменок, причем и в мужском, и в женском зачете было не более одного представителя от страны. В Афинах квоту увеличили до 16 участников. К тому же разрешили включиться в борьбу за медали уже двум соотечественникам. Все решится на чемпионате мира-2003, который пройдет в знакомом нам Ганновере. Чтобы завоевать лицензию, надо попасть в финальную стадию. Пока каждый из выездного квартета белорусов не потерял шансов поехать в Грецию.

— Вашего старшего товарища Дмитрия Поляруша, вероятно, также не стоит списывать со счетов?

Н.К.: Дмитрий лучше выступил в Санкт-Петербурге, стал пятым. Я вообще до финала не дошел. Не повезло: упал и не выполнил упражнение. В свою очередь, в кубковых разборках он не участвовал. У нас ведь отбор из шести этапов. Набираешь очки и лишь тогда попадаешь в восьмерку.

Г.Л.: Поехать на Олимпиаду — главная цель. Сейчас ей подчинено буквально все: распорядок дня, личная жизнь. Несмотря на то что у меня в коллекции немало сольных наград — бронза чемпионата Европы-95 и чемпионата мира-96, золото чемпионата Европы-97, — хотелось бы побороться за олимпийские медали. В том, что не пробилась на предыдущие Игры, виню только себя: в 99-м начался регресс.

— На фоне личных спадов и подъемов во всем мире батут развивается по восходящей?

Н.К.: Однозначно. И если раньше тон задавали спортсмены из стран бывшего Союза, то сейчас иностранцы вовсю наступают на пятки. Еще два года назад лишь человек восемь исполняли 4-5 тройных сальто и 5 двойных, а сейчас сверхсложные элементы поставлены на поток: их делают уже два десятка спортсменов. Наши тренеры сплошь и рядом готовят зарубежные сборные. На Западе у чемпионов появилась финансовая подпитка: в олимпийский вид спорта стали вкладывать деньги спонсоры. Конкурировать с ними очень тяжело.

— А есть ли возможность заработать белорусам?

В.К.: Старший тренер Ирина Федоровна Гребнева, которой мы часто плачемся в жилетку, дает такой совет: выставлять батут на улице, устраивать шоу и затем идти по кругу с кепкой. Глядишь, и соберем пожертвования в пользу голодающих. Не так часто, как хотелось бы, но все же к нам обращаются с коммерческими предложениями. Когда-то мы с Полярушем участвовали в гала-представлении “Галлина Бланка”.

— Не все способны открывать для себя что-то новое, как Шварценеггер. Будь у вас возможность поменять чье-то мнение относительно вашего любимого дела, какие аргументы вы привели бы? Батут — это…

В.К.: …это гибкость, красота, чувство полета. Это 27 секунд, в которые спрессованы годы работы.