Из спортсменов в политики. Светлана Бажанова: и отправили нас в Дипакадемию

21:09, 21 марта 2012
svg image
25596
svg image
0
image
Хави идет в печали

При этом сплошь и рядом считается, что удел спортсменов высокой квалификации, заканчивающих карьеру, — идти работать детскими тренерами. Тому свидетельством, например, — высказывания министра спорта (“Раздельное питание. Олег Качан: в узком кругу неограниченного потока”, “ПБ” от 29.12.2011).
В этом контексте весьма любопытен пример, как активно взялась за кадры соседняя Россия. Предлагаемое интервью взято еще месяц назад. С конькобежкой Светланой БАЖАНОВОЙ нас прежде не знакомили, но в памяти ее фамилия сидела крепко, так как в олимпийском Лиллехаммере-1994 мы обе взяли медали: она золото, я серебро. И вдруг 39-летняя уроженка Челябинска, а ныне москвичка прилетела на юниорский чемпионат мира по фигурному катанию. Видеть ее имя в числе прибывающих гостей было удивительно, поэтому не стала раздумывать, поехала в аэропорт, встретила гостью. И мы проговорили всю дорогу до “Минск-Арены”.

— Чем объяснить появление олимпийской чемпионки по конькам на первенстве мира по фигурному катанию?
— Довольно просто. С августа 2011 года я работаю на должности руководителя объекта в Сочи. Это Дворец зимнего спорта “Айсберг”, на котором будут проходить олимпийские соревнования по шорт- треку и фигурному катанию. Поэтому сейчас в мои обязанности входит понимать, помогать, делать все необходимое для этих двух дисциплин. Если еще шорт-трек мне близок, все-таки короткие коньки, много знакомого и общего (плюс в России сейчас единая федерация, которая включает в себя шорт-трек и скоростной бег на коньках), то с фигурным катанием я знакома, наверное, как и большинство россиян, по телевизору. Всегда мечтала быть фигуристкой, ну и отдала дочь в этот вид спорта. На этом все мое познание исчерпывалось. И вот с августа я начала вникать, стараться, учиться фигурному катанию с азов, то есть с проведения соревнований детского, общероссийского и, конечно, международного уровней. Этап Гран-при в Москве стал, можно сказать, пробным шаром. Я попробовала себя в качестве ассистента руководителя столичного объекта. Кое-что для меня было, безусловно, в новинку, но что-то — естественным, так как весной прошлого года участвовала в чемпионате мира в Москве как волонтер и уже многое уяснила: задачи, требования, режим и объем работы. Хотя когда смотришь на все с позиции руководителя, то уже понимаешь масштаб не то чтобы бедствия, а масштаб, который в принципе необходимо осознать и контролировать.

— Какие цели ставили перед собой, отправляясь на чемпионат в Минск?
— В основном набраться опыта, посмотреть все узкие моменты, отследить риски, познакомиться с работой коллектива, узнать, какие наработки есть в Беларуси по проведению подобных мероприятий. В принципе считается, что в России соревнования проходят на довольно высоком уровне, но сравнить никогда не помешает.

— В составе сборной России вы не раз тренировались у нас в Раубичах. Давно не были в Беларуси?
— Очень. Последний раз, кажется, в 2002 году, вскоре после рождения дочери. Обычно команда путешествует на поезде, но мы с мужем уже чувствовали себя взрослыми и поехали тогда на своей машине. Незабываемое путешествие… В Раубичи ездили еще с тех пор, как был Советский Союз. И, к слову, во время путча, сидя в гостинице, испугались: думали, что сейчас всех под ружье поставят…
Раубичи всегда останутся в памяти основной базой подготовки, причем даже тяжелой подготовки. Видели, как тренировались лыжники и биатлонисты, как они наматывают круги. Мы пытались ездить по этим петлям на велосипеде или бегать. И понимали, что это просто нереально. Потом начинали ходить там пригибной ходьбой. В итоге все заканчивалось перегрузкой. У меня даже один раз был солнечный удар. Мы долго тренировались на роликах в 30-градусную жару, и у меня потом поднялась температура… В общем, всегда это был рабочий, тяжелый сбор. Как правило, мы проводили в Раубичах два месяца в году…
Но, с другой стороны, самое светлое и запоминающееся из той поры — это знакомство с будущим мужем Вадимом Саютиным. Так получилось, что после просьбы тренера “Вадик, помоги Свете сделать велосипед”, мы стали дружить. Поэтому Раубичи в какой-то степени для нас обоих является семейной Меккой. И после рождения ребенка мы туда вернулись. Да нам все время там нравилось!

— Вы закончили карьеру в 2003 году и на несколько лет как будто ушли в тень…
— Я родила второго ребенка — сына. К слову, после рождения дочери практически через месяц уже начала тренироваться, так как надвигалась Олимпиада в Солт- Лейк-Сити, а нам всегда говорили: “Не имеешь права рожать, ты должна выступать за Родину”. И я честно пыталась тогда вернуться в обойму. Однако когда в 2004-м родился сын, поняла, что торопиться не стоит.
Ну и сложилось так, что Виталий Георгиевич Смирнов, который возглавлял раньше Олимпийский комитет России, вместе с бывшим премьер-министром Примаковым отправили нас, пятерых олимпийских чемпионов, получать второе высшее образование в Дипломатическую академию Министерства иностранных дел. И с 2006-го по 2009-й я училась на факультете международных отношений.

— Это показательно, что людей такого уровня озаботила судьба спортсменов.
— Да, тогда это было, я бы сказала, политически верное решение. Состоялся разговор о том, что у нас много высококвалифицированных спортсменов, но среди них мало специалистов-международников, то есть людей, обладающих дипломатическими способностями и навыками, и в международных федерациях давно уже пора иметь своих представителей. Вот для работы именно на благо страны и можно было получить образование.

— В Беларуси много говорят об этом на различных заседаниях, однако дальше слов дело не идет. И здесь конкретный шаг.
— Точно. Причем второе высшее всегда платное, но мы не платили. Первые пять человек поступили в 2005 году, среди них назову, например, синхронистку Ольгу Брусникину. Кстати, зимников в первом потоке не было.

— Видимо, сначала послали тех, кто закончил карьеру после летних Олимпийских игр в Пекине.
— Возможно. А в 2006-м вместе со мной поступили трехкратная олимпийская чемпионка по фехтованию Карина Азнавурян, гимнаст Леша Немов, паралимпийцы Михаил Терентьев и Сергей Шилов. Например, Терентьев потом работал в Госдуме — он сразу после Дипакадемии баллотировался.

— Вы закончили Дипакадемию МИДа в 2009 году. И что дальше?
— Еще когда училась, меня пригласили в Оргкомитет “Сочи-2014”. Поэтому в 2009-м я уже в нем работала и вскоре поехала стажироваться на Олимпийские игры в Ванкувер на позицию руководителя соревнований и руководителя объекта по скоростному бегу на коньках и шорт-треку. Тогда о фигурном катании разговора не было.

Почему же позднее произошла переориентация?
— Просто получилось, что нужно было принимать решение и его приняли, так как руководитель соревнований в моем виде спорта очень сильный, департамент по конькобежному спорту возглавляет опытный Герман Михайлович Панов, и в Оргкомитете “Сочи-2014” посчитали, что этого достаточно. А вот управление объектом — это совсем другая специфика. Если человек знает виды спорта и сам проводил соревнования, то ему организовать работу всех служб на объекте гораздо легче. Когда преференции во время проведения соревнований на объекте отдаются спорту, то все остальные функции будут четко следовать графику тренировок и соревнований.

— Наверняка еще во время учебы в Дипакадемии вас вовлекали в различные проекты. Не просто ж так: ходили, учились, а потом сразу вдруг пригласили в Оргкомитет “Сочи-2014”.
— Нет, конечно. Я принимала участие в сочинской заявке на Олимпийские игры. Защищала проект ледового дворца, когда приезжала оценочная комиссия осматривать объект. Потом участвовала в фестивале “Сочи — ДА!”, когда команда была в Гватемале. В решающий момент мы находились прямо на сочинской сцене и вели прямую трансляцию. То есть я не так просто пришла и сразу заняла должность руководителя объекта, а была в команде, работавшей ради того, чтобы Олимпиада в Сочи состоялась.

— Перед встречей с вами я побродила по интернету. И в последнем сообщении, что выдал поисковик, фамилия Бажанова соседствует в числе прочих с фамилией президента России. Прошлой осенью Дмитрий Медведев собирал сторонников. Присутствовали помощник президента Дворкович, мэр Москвы Собянин, миллиардер Вексельберг…
— Не знаю, где вы это прочитали… Просто я член политсовета Московской области партии “Единая Россия”. Да, я присутствовала в Питере на съезде партии. Считаю, каждый спортсмен должен отдать долг Родине. Потому что наше поколение получило все лучшее, что могло получить: спортивные базы, внимание квалифицированных специалистов — тренеров, обслуживающего персонала. И в принципе наши результаты — это победа всех. Всегда прекрасно понимала, что налогоплательщики, то есть люди, которые болеют за нас, ждут именно положительных эмоций от наших результатов. И страна, вкладывая в спортсменов, впоследствии должна получить от нас обратный сердечный, так сказать, порыв: мы обязаны поддержать в нужный момент, помочь и проголосовать. Поэтому я в партии “Единая Россия”.

— Давно?
— Да. Сначала была в сторонниках партии, года два занималась общественной работой в плане организации соревнований, участвовала в движениях “Учитель года”, “Тренер года”, “Инновации в проведении уроков физкультуры”. Мы отбирали лучшие работы, награждали победителей. И потом пришла к выводу, что действительно наша Московская область развивается. Строятся физкультурно-оздоровительные комплексы, ледовые дворцы для занятий хоккеем и фигурным катанием, открываются новые школы. Поняла, что все в принципе правильно. Я за здоровый образ жизни и считаю, что если правительство поддерживает такие начинания, поддерживает молодежь, то я тоже должна быть рядом.

— Ваша подруга Светлана Журова, тоже олимпийская чемпионка по конькам, также сделала заметную карьеру после спорта, причем доросла до зампреда Госдумы.
— Конечно, это успех российского спорта — что, завоевав звание олимпийского чемпиона, можно легко шагнуть в политику. В других странах этот процесс либо проходит долго, либо отсутствует. В конькобежном спорте мне известен разве только пример Сейко Хашимото, которая была членом парламента Японии.
Поэтому считаю, что у Журовой есть определенный потенциал. И думаю, Света на этом не остановится, поскольку политика увлекает. В принципе она должна быть призванием человека, когда принадлежишь не себе, а народу, пусть это и громко сказано. С одной стороны, все чувствуешь и пропускаешь через себя. С другой — ты часть законодательной системы, которая делает все для того, чтобы улучшить жизнь, усовершенствовать экономику, принимает законы, вырабатывает решения. Это весьма ответственно. И приятно, что Света, занимая такой высокий пост, всегда остается открытой, приходит на соревнования и может просто по-дружески поболтать вместе со всеми в зоне спортсменов, когда выдастся свободная минутка.

— Партия “Единая Россия” занимает главенствующее положение на политической карте страны. То есть ваша карьера продолжает развиваться, не правда ли?
— В самом деле, политическая карьера начинается в тот момент, когда вы становитесь членом партии. Другой вопрос, по какой спирали она развивается, на что вы делаете акцент. Ведь есть публичные политики, каковым является Светлана Журова, а есть те, кто входит в органы исполнительной власти, то есть занимается непосредственно делами, которые необходимы и, может, незаметны на первый взгляд. Ведь “единороссов” очень много, но на экране мы видим не такую уж и большую армию сторонников президента и премьера. Впрочем, знаете, как говорят, от сумы и от тюрьмы не зарекайся. И если будет необходимость стать публичным политиком, то я готова, но пока такой необходимости нет.

— Поговорим о работе спортивных федераций. Вот в Беларуси их часто возглавляют люди, имеющие в государстве большой вес. Но при этом среди них хватает свадебных генералов, которые приближают к себе кого-то одного, а встречаться с остальными не находят ни времени, ни желания. Как обстоят дела в России, допустим, в федерации вашего родного вида спорта, куда не так давно пришел новый руководитель?
— Ну, то, что Алексей Кравцов не бегал на коньках, не умаляет его достоинств. Он представитель крупного бизнеса, генеральный директор компании “Kraftway”, занимающейся программным обеспечением. По-моему, если человек успешен и может организовать работу малого ли бизнеса, большого, то это говорит о том, что он пытается понять суть, принцип работы, найти людей, на которых можно всегда опереться. Он создает определенный круг экспертов, советников. И считаю, что Алексею Кравцову это удалось. Именно после Олимпийских игр в Ванкувере он понял, что просто так управлять нельзя — надо знать, понимать и общаться. И практически весь сезон руководитель федерации присутствует на всех соревнованиях по шорт-треку и скоростному бегу на коньках. Приходит на тренировки и общается как с тренерами, так и со спортсменами. И это настолько естественно, что все к такому обращению привыкают и нет никакого пафоса.

— А у нас люди обычно боятся высказаться в присутствии высокого руководителя, которого видят в лучшем случае раз-два в году…
— И, безусловно, вопросы, которые ставят спортсмены (если они профессиональные и адекватные), решаются сразу. Поэтому я бы сказала, что у сборной России на сегодня нет никаких проблем в процессе подготовки. То есть достаточно персонала, квалифицированных тренерских кадров, с нашими ребятами работают лучшие иностранные специалисты. В принципе считаю, что и экипировка у всех самая последняя. План мероприятий, сборы, методика подготовки — все на уровне. Сформирована и юниорская сборная, неплохо выступили ребята на юношеских Олимпийских играх, есть определенный задел, резерв в нашем виде спорта. Конечно, все не рождается в миг. Нельзя сказать, что пришел новый руководитель и все появилось. Были до Кравцова и Иван Скобрев, и Дмитрий Лобков, и Евгений Лаленков, и Катя Лобышева, и Катя Шихова. Просто сейчас они получили больше внимания и заботы. И прогресс налицо. Не случайно Ваня стал в прошлом году чемпионом мира и Европы, ребята и девчонки нынче завоевали первые места на Кубке мира в командной гонке. То есть вернулись на свои позиции.
Однако меня беспокоит конькобежный спорт не только России, но и в международном плане тоже. И первым вопросом, когда я прилетела в Минск, был: “Почему в Беларуси при таком шикарном стадионе не проводятся соревнования международного уровня?” Мне, правда, уже пояснили, что есть моменты, над которыми еще нужно поработать, чтобы выйти на требуемый уровень обеспечения соревнований. Чтобы решить проблему, довести комплекс до ума, необходимо дополнительное финансирование. Как понимаю, в основном в это все и упирается.
И, конечно же, вам надо поднимать квалификацию судейских кадров. Получить звание рефери международной категории непросто, в ИСУ серьезные требования. Но мы идем навстречу вашим специалистам: недавно на чемпионате мира по многоборью, проводившемся в Москве, работал Александр Новакович, а до этого его задействовали на этапе Кубка мира в Челябинске. Поэтому мы всегда рады помочь дружественной стране Беларуси.

Нашли ошибку? Выделите нужную часть текста и нажмите сочетание клавиш CTRL+Enter
Поделиться:

Комментарии

0
Неавторизованные пользователи не могут оставлять комментарии.
Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь
Сортировать по:
!?