Откуда у парня испанская грусть?

21:46, 28 июня 2012
svg image
5887
svg image
0
image
Хави идет в печали

Читайте Есенина

“Внимание! Внимание! Говорит и показывает Севилья! Говорит и показывает Севилья!” Именно так поздним вечером 14 июня 1982 года заговорил в прямом эфире из Испании незабвенный Николай Озеров. Сборная СССР матчем против Бразилии начинала выступление на чемпионате мира.
В этих заметках приходится чуть изменить традициям нашего повествования. Белых пятен в истории мировых футбольных чемпионатов практически нет. Любой желающий без труда отыщет в интернете с десяток ресурсов с протоколами, таблицами, отчетами, статистикой. И пересказывать то, что и без того легко доступно, вряд ли стоит.
Хороша и книга Константина Есенина “Футбол. Сборная СССР”. Для сына великого русского поэта и актрисы Зинаиды Райх игра миллионов стала главным увлечением. Константина Сергеевича в те годы частенько приглашали в телевизионное “Футбольное обозрение”, где неизменно представляли футбольным статистиком. Испания-82 стала для него последним чемпионатом мира. До Мексики-86 он не дожил всего месяц.
Какими семимильными шагами движется прогресс! Лет пятнадцать назад с трепетом и волнением прикупил в Москве видеокассету со всеми голами чемпионатов мира — с той самой поры как на них пришло телевидение. А сегодня в интернете нетрудно найти полные записи самых эпохальных матчей. В том числе и сыгранных в 82-м сборной СССР.
Поэтому, вспоминая Испанию, правильно еще раз просто отдать должное тому времени. Ведь для каждого чемпионата мира обязателен событийный фон. Для меня это окончание четвертого курса, летняя сессия и начало последнего стройотрядовского семестра. Групповой турнир смотрел дома. А матчу Польша — Бельгия внимал посредством радио в вагоне поезда, который увозил нас с приятелями в Карелию. Сегодня многим неведомо, чем был футбол по радио! И что у приемника есть не только FM-диапазон, но еще длинные, средние и короткие волны. А решающие игры мундиаля смотрели уже в краю белых ночей немногим южнее полярного круга. Причем нам крупно повезло: телеретранслятор в Калевале установили незадолго до нашего приезда.
И уж, конечно, тогдашний стройотрядовец не думал и не гадал, что тридцать лет спустя в такие же летние дни будет выпытывать подробности тех событий у человека, которого первым отыскивал взглядом на экране.

Печальный анекдот

Беседа с Сергеем БОРОВСКИМ лишь отдаленно походила на интервью. Скорее это был диалог-воспоминание, где каждому было что сказать.

— Сергей, если оглянуться, какое из двух событий того года для вас дороже? Чемпионство? Мундиаль?
— Возможно, у футболистов, которые становились чемпионами не раз и не единожды выступали на топ-турнирах, острота восприятия скрадывается. Но для меня это была сказка. Летом — Испания. Осенью — золото союзного первенства. Конечно, к радости примешалась горечь. Сборная СССР не показала лучшей игры. Годом ранее прекрасно прошли отборочный цикл, в классификации “Франс Футбола” делили первое место с западными немцами. Но за всплесками часто идут спады. И все же оба события незабываемы. Ощущение, что все происходило вчера…

— С приближением мундиаля штаб сборной обнародовал “список сорока”. В окончательной заявке остались двадцать два футболиста. Сильно волновались? Или были уверены, что поедете?
— Желание было огромным. Два основных сбора, январский и февральский, я отработал. Потом много пропустил из-за травмы. Она меня подкосила. Хотя, с другой стороны, проснулась внутренняя злость. У меня уже был печальный опыт: не попал на Олимпиаду. Оформлял документы, однако в последний момент взяли другого игрока. Но здесь надо было учитывать особенность Бескова. Первый раз он выпустил меня в выставочной игре против “Гамбурга”, который перед этим сыграл в финале Кубка чемпионов. Занял место левого защитника. Против меня были Магат и Кальтц, лучшие в своих амплуа в Европе. Это был важный момент. Бескову мои действия понравились, пусть даже для немцев тот матч мало значил. Потом Константин Иванович вызывал меня на сборы всегда, в какой бы форме я ни находился. Что-то во мне его привлекало, как впоследствии и Лобановского. Что в Испанию еду, понял в московской двусторонке. Дело в том, что и попадание в официальную заявку еще не было гарантией поездки на чемпионат. Туда улетели восемнадцать человек. А Виктор Чанов, Романцев, Евтушенко и Буряк получили форму, фигурировали во всех программках, но своего часа дожидались дома. К примеру, после выхода во второй раунд к команде присоединился Буряк, он заменил получившего травму Хидиятуллина.

— Итак, мечта сбылась, вы в самолете. Но, наверное, подспудно сомневались: а доведется ли сыграть?
— Нет, это уже совсем иные ощущения. Ты участник грандиозного шоу! Остальное — второй план. Играешь — хорошо. Нет — готов в любой момент выйти на замену и переживаешь за ребят. Эмоции переполняли. Севилья встретила духотой. Да еще после посадки уйму времени потратили на оформление карточек участников. В гостиницу попали не сразу. Но в сравнении с нашим Закавказьем или Средней Азией, где жара после самолета просто угнетала, там ничего подобного не было и в помине. Какая жара? Ты прилетел на чемпионат мира, ты рвешься играть! Бразилия? А давайте Бразилию! Не знаю, как у других. Но у меня было именно так. Если бы Бесков поставил меня на первый матч, он мог бы стать лучшим в моей карьере.

— Хорошо помните стартовую игру?
— Конечно. Севилья — это сковородка в сердцевине плоскогорья. Матч начинался в 21.30, и все равно дышали раскаленным воздухом. В первом тайме необыкновенный настрой помог забить. Но он же и отнял много сил. Продолжить в том же ключе не получилось. В перерыве Бесков сказал: готовься, во втором тайме выходишь. Демьяненко должен был подняться к хавам, а я — занять его место в обороне. Готовился в раздевалке, там было комфортнее. Работали кондиционеры, хватало места для пробежек, со мной остался массажист. Но сценарий изменился, и тренерам пришлось вносить в игру совсем другие коррективы. Пропустили гол, а за три минуты до конца бразильцы забили и второй.

— Позволю себе напомнить: там еще и судья начудил…
— Было! Шенгелия забил чистый гол. Причем, когда потом смотрели обзор, этого не обозначила ни одна испанская программа. Нам только итальянцы сказали: да вам же чистейший не засчитали! Потом и сами убедились, что в момент передачи “вне игры” не было. Плюс не назначили пенальти. А судил испанец Кастильо…

— Эта фамилия у нас в стране надолго сделалась нарицательной.
— Во втором тайме прижимались к воротам. Но, если бы повели 2:1, возможно, больше и не пропустили бы.

— Нарушим хронологию. То стартовое поражение в итоге оставило сборную СССР на втором месте в группе. И на следующем этапе вы вышли на Бельгию и Польшу. А Бразилия с первого попала на Италию и Аргентину. Не было потом мысли: и слава богу, что проиграли?
— Не было. Все понимали, что главным матчем за выход из группы будет последний, против шотландцев. И делалось все, чтобы иметь к нему запас прочности. Тот самый, которого у нас потом не оказалось перед встречей с поляками. Игру против новозеландцев строили именно из этих соображений. Мы перелетели в Малагу. Это средиземноморское побережье. Температура там оказалась ниже, но зато добавилось влажности. Но в целом играть было легче. Со мной опять приключилась история. Бесков всегда сидел наверху. Лобановский и Ахалкаци — у поля. Мы вели 2:0. Этот счет давал нам преимущество перед Шотландией. Лобановский говорит мне: раздевайся. Начинаю разминку, но здесь спускается Бесков и останавливает: зачем? Потом мы забили третий. Получилось, что в первой игре меня хотел выпустить Бесков, во второй — Лобановский. Но это был рабочий момент. Ни о каких разногласиях между тренерами, что потом поставили им в вину, речи не шло. Вся проблема сборной была в разной функциональной готовности игроков. Июнь для советских футболистов всегда был оценкой проведенной зимы. А зимой и киевляне, и тбилисцы работали в непривычном режиме. Из-за недостатка готовности включался рационализм: мол, повели 1:0, и ладно! Пропала легкость. Был и такой нюанс: когда все хорошо, команда вместе. А когда что-то не так, то грузины с грузинами, киевляне с киевлянами…

— А белорус Боровский?
— Поначалу жил с Блохиным. Потом, когда переехали в Барселону, меня поселили с приехавшим Буряком. Бесков тогда специально всех перетасовал, внес, так сказать, разнообразие. Причем он специально разъединял одноклубников и селил, например, центрального защитника с центральным полузащитником. Чтобы футболисты не только телевизор смотрели и травили анекдоты, но и в обычном общении могли договариваться о нюансах взаимодействия на поле.

— Мы подошли к матчу с Шотландией. В моем болельщицком восприятии он самый памятный из проведенных сборной на том чемпионате мира. И по накалу борьбы. И по драматургии. И еще потому, что в матче принял участие минский динамовец.
— Что буду играть, знал накануне. Может, и лучше было бы, чтобы такие новости сообщали в день игры. А то долго не мог заснуть. Не исключаю, что малость перегорел. Но к дебюту все шло. Ребята говорили: Сергей, хватит в запасе сидеть, мы тебя в свои варианты состава включать будем. Там перед каждой игрой тренеры устраивали подобное голосование. Так что неожиданностью попадание в состав не стало. Шотландцы играли по схеме 4-3-3. Впереди высокорослые Джордан и Арчибальд. Я со своими метр семьдесят пять оппонентам по метр девяносто, конечно, уступал. А все атаки на наши ворота шли верхом. В первом тайме было особенно трудно. Но постепенно вкатились в игру, и все верховые дуэли нами были выиграны. В первую очередь благодаря Дасаеву. Ренат господствовал в штрафной. Вообще тот чемпионат он провел блестяще.

— В первом тайме пропустили гол после ошибки Чивадзе.
— Да, нелепая оплошность. И Саша просто завелся. Каким злым выходил он на второй тайм! Говорил: если не победим, закончу играть. И повел команду. И сам сравнял счет! Потом был гол Шенгелия. Да и у меня случился момент, когда оказался на правом фланге атаки, пробил и угодил в штагу. Судьи, правда, усмотрели там офсайд. Но он был совсем “на тоненького”.

— Хорошо помню тот момент благодаря Озерову. Он сопроводил это примерно таким комментарием: Блохин проходит по флангу, удар по воротам, штанга! Но… судьи фиксируют положение “вне игры”. Да к тому же это был и не Блохин. Это был Боровский.
— После того как вышли вперед, шотландцы сразу же отыгрались. И в последние минуты мы уже просто ложились под мяч. Было два момента, когда я и Бессонов встречали удары грудью.

— Первый матч второго этапа. Поляки со счетом 3:0 побеждают бельгийцев. Ваши ощущения?
— Было ясно, что четыре мяча нам у бельгийцев не выиграть. Проходи чемпионат в северной стране, можно было бы попытаться. Но не в Барселоне. Поэтому стояла задача просто победить. Хотя и ничья нас устраивала. Все равно для выхода в полуфинал нужно было побеждать поляков. Группу нашу хотели перенести на другой стадион. Дело в том, что бразильцы, итальянцы и аргентинцы играли тоже в Барселоне, но на арене “Эспаньола”. А он меньшей вместимости, чем “Камп Ноу”. И нам предлагали поменяться полями. Но все три федерации — советская, польская и бельгийская — этому воспротивились. На наших играх трибуны не заполнялись. Из Союза на футбол традиционно приезжали малочисленные группы комсомольских активистов. А вот польская “Солидарность” раскрасила стадион транспарантами и обеспечила своей сборной солидную голосовую поддержку. Звучали и антисоветские лозунги.

— То есть мы перешли к главному нашему разочарованию — матчу против сборной Польши.
— За него нам потом изрядно досталось. Говорили, не зная кухни, что чуть ли не в семь защитников играли. Но вышли те, кто был на тот день лучше готов.

— А план на игру в чем заключался?
— Как в чем? Победить. Не пропустить самим и использовать свой шанс. С нейтрализацией Смолярека и Бонека справились. А забить не получилось. Был момент у Сулаквелидзе… Ведь все решал один мяч. А поляки явно сушили игру.

— Но это был мяч, который отделял команду от полуфинала чемпионата мира! Кстати, посмотрел в интернете эту игру и поразился несхожести своих ощущений. Тридцать лет назад было разочарование и злость на команду за беззубую игру. А сейчас отчетливо почувствовал скрытый в матче накал. Сборная все девяносто минут искала свой шанс. Не было верных моментов, но хватало таких, когда то мяч при ударе не так ложился на ногу, то не проходил решающий пас…
— Да. А главное, результат приходит туда, где есть лидер. А нас в той игре такового не оказалось. В матче с шотландцами вожаком стал Чивадзе. У итальянцев в решающих играх — Росси. У немцев в полуфинале с французами — Румменигге. Он вышел и в овертайме превратил 1:3 в 3:3. А потом по пенальти сборная ФРГ выиграла. Когда находятся такие футболисты, команда игру переламывает. Готовность и лидерские качества — залог успеха.

— Кстати, уже в период разборок в одном из “Футбольных обозрений” Владимир Перетурин посвятил большой сюжет Давиду Кипиани. Тбилисский динамовец завершил выступления за сборную. И смысл озвученного был в том, что, возможно, именно Давида не хватило сборной в Испании.
— Кипиани, как и Буряк, стали жертвами травм. Хотя вполне допускаю, что в испанской жаре и не требовалось того Кипиани, каким он был в лучшие годы. Возможно, полезным оказался бы просто его опыт.

— Решающие матчи вы смотрели уже дома.
— Как там в “Бриллиантовой руке”? На его месте должен был быть я. Вот и мы точно так смотрели на поляков. Половина состава французов после поражения от немцев уехала с чемпионата мира. И мы точно так же, как польская сборная, могли выиграть у них матч за третье место. По стране ходили анекдоты. В Киеве про киевлян. В Москве про Гаврилова. В Минске про Боровского. Не слышали? Приходит Боровский на Комаровку покупать виноград. Спрашивает у грузина: почем? Тот отвечает: по три рубля, но для тебя, Боровский, по пять. Почему? А ты на чемпионате мира плохо играл! А ты откуда знаешь? Грузин снимает маску: а я Чивадзе! От невеселых мыслей хотелось отвлечься. И поэтому как никогда стремился к ребятам в родное “Динамо”.

А чемпионом мира стала сборная Италии. Сыграв на предварительном этапе три матча вничью, “Скуадра адзурра” вышла из группы только потому, что забила на мяч больше камерунцев. А потом началась феерия. 2:1 — с Аргентиной, 3:2 — с Бразилией, 2:0 — в полуфинале с Польшей и, наконец, в финале 11 июля — 3:1 с ФРГ.

Бразилия — СССР — 2:1 (0:1)
14.06.82. Севилья. Стадион “Рамон Санчес Писхуан”. 68000 зрителей.
СУДЬЯ: А.Ламо Кастильо (Испания).
СССР: Дасаев, Сулаквелидзе, Чивадзе, Демьяненко, Балтача, Дараселия, Шенгелия (Андреев, 88), Бессонов, Гаврилов (Суслопаров, 74), Баль, Блохин.
Голы: Баль (34), Сократес (75), Эдер (87).

Новая Зеландия — СССР — 0:3 (0:1)
19.06.82. Малага. Стадион “Ла Росаледа”. 19000 зрителей.
СУДЬЯ: Ю.Эль-Гоул (Ливия).
СССР: Дасаев, Сулаквелидзе, Чивадзе, Демьяненко, Балтача, Дараселия (Оганесян, 46), Шенгелия, Бессонов, Гаврилов (Родионов, 79), Баль, Блохин.
Голы: Гаврилов (24), Блохин (48), Балтача (68).

Шотландия — СССР — 2:2 (1:0)
22.06.82. Малага. Стадион “Ла Росаледа”. 45000 зрителей.
СУДЬЯ: Н.Райня (Румыния).
СССР: Дасаев, Сулаквелидзе, Чивадзе, Демьяненко, Балтача, Боровский, Шенгелия (Андреев, 88), Бессонов, Гаврилов, Баль, Блохин.
Голы: Джордан (15), Чивадзе (59), Шенгелия (85), Сунесс (86).

Бельгия — СССР — 0:1 (0:0)
1.07.82. Барселона. Стадион “Камп Ноу”. 45000 зрителей.
СУДЬЯ: М.Вотро (Франция).
СССР: Дасаев, Боровский, Чивадзе, Демьяненко, Балтача, Баль (Дараселия, 87), Шенгелия (Родионов, 90), Бессонов, Гаврилов, Оганесян, Блохин.
Гол: Оганесян (48).

Польша — СССР — 0:0
4.07.82. Барселона. Стадион “Камп Ноу”. 65000 зрителей.
СУДЬЯ: Р.Валентайн (Шотландия).
СССР: Дасаев, Сулаквелидзе, Чивадзе, Демьяненко, Балтача, Боровский, Шенгелия (Андреев, 57), Бессонов, Гаврилов (Дараселия, 78), Оганесян, Блохин.

Нашли ошибку? Выделите нужную часть текста и нажмите сочетание клавиш CTRL+Enter
Поделиться:

Комментарии

0
Неавторизованные пользователи не могут оставлять комментарии.
Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь
Сортировать по:
!?