Микаши Януша. Генерал гранитных карьеров

А в период, когда нападающий восстанавливался в Микашевичах, мы решили посетить этот полесский городок и познакомиться с малой родиной игрока — через призму воспоминаний нашего гида, которым Коля охотно выступил.

Семья и школа
В Микашевичах три района: Деревня, Поселок, Хутор. Я “хуторской”: наши пятиэтажки раньше стояли особняком, поодаль от других домов, — вот народ их так и назвал. Мама получила там квартиру при разводе с отцом. Растила нас с братом одна — с поры, когда мне шел шестой год — и работала воспитательницей в детском садике. Правда, в ее группе ни разу не очутился. Но, как тогда в шутку говорили, все равно был “приблатненным”…
В первой школе в основном учились “деревенские”, но и я туда попал и обрадовался. Во второй была слабая дисциплина, даже по поводу наркомании возникали проблемы. А у нас директор был строгим мужиком и держал железный порядок!
В отличниках я ходил до десятого класса, пока серьезно не занялся футболом. Потом уже с трудом на хорошиста выскочил. Любимый предмет, понятно, физкультура. И русский язык: у нас была суперучительница, ее все любили. К директору же вызывали лишь однажды. Какой-то конфликт у нас был со второй школой: пошли “стенка на стенку” — ну, и я поучаствовал. Потом милиционер приходил, всех журил и стращал. А больше никаких “залетов” не помню.
Когда в старших классах появилось много соблазнов, меня учил жизни старший брат. Сейчас у него фирма: строит дома и склады, живет в Минске. Он и держал в узде. Я не пил, не курил — мог конкретно за это отхватить. А ведь у меня такая компания была… Потом ребята пошли по наклонной — буквально все в тюрьме сидели. Кто по отдельности, а кто и вместе: двоим дали по 24 года — за убийство с особой жестокостью.

Спортзал и дискотека
На танцы, конечно, бегал. Хотя в клубе главным местом для меня являлся спортзал. Там проходили основные занятия футболом, раньше ведь зимы были суровее. А поле на городском стадионе редко давали: взрослый “Гранит” тренировался! Вплоть до апреля — в зале, потом на воздухе, а летом разъезжались к бабушкам.
Дискотеки начались с десятого класса — “танцплощадка” была в холле на втором этаже. “Биток” постоянный, душно — какие тогда кондиционеры? Летом всегда страшная жара, а зимой хорошо. Начинались дискотеки в 21.00, и почему-то с одной и той же композиции группы “Еurope” — “The final countdown”. А заканчивались в 0.15 песней Чижа — не вспомню, какой. Еще бегали в ДК на “видики”: раньше кассеты с зарубежными фильмами крутили на видеомагнитофонах. Помню, посмотрели ужастик “От заката до рассвета” — с таким страхом вечером шли домой!
А разборок на дискотеках в то время хватало. Кого-то толкнули, кто-то немного нетрезв — и понесся “махач”! Где угодно: за углом, во дворе, прямо в зале… Ну, помахались — пошли дальше танцевать. Одно слово, девяностые: родители сильно озабочены тем, как заколотить копейку, а детей воспитывала улица…
На танцах я встретил и свою любовь. Учились с Ирой в параллельных классах, а толком познакомились лишь в конце 2002 года. Мои пацаны тусовались в одном углу зала, ее компания в другом. В общем, друг — как потом оказалось, общий — нас и свел. Кстати, брак мы регистрировали в этом же холле. Растим двоих сыновей: младший в детский садик ходит, старший в первую школу, где учится в моем же классе. Староста…

Футбол и хоккей
На городской стадион заглядываю крайне редко. Прежде бегал тут по кругу, но теперь недалеко от моего дома открыли новую трассу Кобрин — Гомель, в основном бегаю там. И даже не в курсе, кто здесь сейчас тренируется? А ведь когда команда еще играла в Микашевичах, это было мое любимое место в городе — все детство подавал мячи за воротами. Потом в 2000 году попал в “Гранит” — в первой лиге. Поначалу только тренировался, затем стал понемногу на замену выходить, а в одиннадцатом классе уже и в основе. Но в Микашах “зацепил” один год — команда переехала в Лунинец. Не знаю, почему так получилось, что город остался фактически без стадиона. Какие-то вопросы по лицензированию возникли… Хотя, на мой взгляд, все уперлось в желание и старание людей. Раньше ведь и все праздники города проходили на стадионе! А “биток” на матчах — это вопросов нет… Но что уж теперь? Только вспоминать. Запасное поле, где тренировались зимой, теннисный корт, хоккейную коробку, на которой сам играл… Да, в административном здании здесь раздевалки, баня, бассейн, бильярд, гостиничные номера на втором этаже. А что вокруг? Пока в структуре ДЮСШ работал мой первый тренер Владимир Демидович, здесь всегда был футбол — и хоккей на “коробке”. А сейчас гоняем с ним шайбу возле притока Припяти — реки Случь, где он сам зимой чистит снег по утрам. Демидович настоящий энтузиаст. Здорово приобщал нас к игре — все пацаны стремились к нему попасть! Теперь же большого футбола в Микашевичах никто не знает — как и я не знаю, что нужно сделать, дабы вернуть сюда из Лунинца “Гранит”. У нас про него уже забывать стали — на мини-футбол ходят…

Гранит и БелАЗ
Микашевичский карьер, где добывают гранитный камень, — действительно уникальное место. Как-то сам спускался туда на БелАЗе — не за рулем, конечно. Загружаешься, везешь все на дробилку, выгружаешься… Тяжелый труд: 12 часов — и так круглый год. Поэтому мой дядька, который работает водителем, и уезжает в отпуске отдохнуть в Турцию или Черногорию, чтобы полностью переключиться. Благо зарплата у них достойная — 1500 рублей. Кстати, в девяностые дядька прямо домой на БелАЗе приезжал на обед. Ну а мы, малышня, глазели на эту махину. Залезть в кабину, конечно, не могли: шутка ли, станешь внутрь колеса — и помещаешься там!
Еще в карьере текут грунтовые воды — как мини-водопады. А отходы песка — как терриконы в Солигорске. Правда, там все это автоматизировано, а у нас все БелАЗы прицепами выгружают. И кино здесь снимают — например, сериал “Майор Ветров”.
Добывают гранит так: делают взрывы — порода обрушивается. Потом шагающие экскаваторы загружают огромные камни в машины, те везут их на дробильно-сортировочный завод, где и делают нужные фракции гранитного щебня. Потом — по конвейерам на железную дорогу. Или в речной порт — по прокопанному каналу баржами на Припять, она тут рядом. Кстати, в пору моей юности все Микаши сюда ездили купаться. Идут дизели на Лунинец, народ в них загружается — и на Припять! И так целое лето: можно сказать, молодежный курорт был. Сейчас уже не так: вон, идут четыре человека, а раньше — четыреста!
А взрывы в карьере, конечно, неслабые: тому, кто живет к нему поближе, два раза в год ремонт приходится делать. Если раньше взрывали часто, но мелко, то теперь раз, зато мощно: окна трясутся — будь здоров!
Сейчас “Граниту”, безусловно, тяжело. Продукция-то всегда нужна, однако есть проблемы с расчетами: по-моему, деньги дает только Россия, а практически вся Беларусь должна… В лучшие времена здесь работало свыше четырех тысяч. Теперь не знаю, но все равно много — с учетом того, что в Микашевичах живет всего 13 тысяч. В семидесятых из-за этого город и начал развиваться — раньше была просто деревня.

Двор и хутор
Моя пятиэтажка построена в 1988 году, а в 89-м мы сюда переехали. Вокруг уже появилось и много новых домов, а раньше на их месте у нас были “футбольные поля” — играли буквально на каждом “пятачке”! Теперь никто не играет: во дворах стоят машины, в домах — компьютеры… Возможно, нынешнему поколению надо создавать комфортные условия для футбола? Не знаю. Нам это было не нужно: хоть в лужах могли мяч гонять — и днем, и ночью…
До последнего времени я постоянно обитал в Микашевичах. Но, честно говоря, призадумался о переезде в Солигорск. Обвыкся там: и жилье есть — и город спокойный, относительно небольшой. А в Минск не перебрался бы никогда: там за полдня я выжат, как лимон… Тишину люблю. А у нас видели, сколько частного сектора? Все с землей, огородиками… Фактически даже нет коттеджей городского типа — обычные сельские домики. Кстати, в Микашах есть только пару новых девятиэтажек: взрывы приблизились к городу, поэтому сильно высокие дома строить нельзя.
А вообще, если помечтать, мне бы по душе поселиться на настоящем хуторе, чтобы никто мозги не пудрил. Сейчас такой мир — все эти новости… Благо не смотрю телевизор и не поддаюсь никакой пропаганде — ведь идет реальная информационная война! Да и если брать футбольную сферу, то в “Шахтере” я волк-одиночка. Нет, могу и в компании обсудить какие-то темы, но по большей части люблю побыть один — с книгой. В основном читаю автобиографии: сейчас Владимира Познера заканчиваю…

Пока Николай продолжает разговор, с лавочки возле соседнего дома неторопливо поднимается мужчина лет за пятьдесят, подходит к нам и с полесской настороженностью спрашивает: “А што вы тут, хлопцы, фатаграфiруеце? Да каго прыехалi?” — “Да Колi ў госцi”… — “Ну, i дзе ён, гэты ваш Коля? Дома няма?” — бдительно уставившись прямо в глаза Януша, говорит мужик. “Дык стукалі-стукалі — не адчыняе! Мусіць, некуды пайшоў”, — с улыбкой и хитрым прищуром ответил Януш, самый знаменитый футболист Микашевичей…

Текст был опубликован в сентябрьском номере журнала “Большой футбол”. Приобрести журнал можно в интернет-магазине Белорусской федерации футбола (www.bff.by).