ЧМ-2012. МЕЗИНсцена: хроника катастрофы

Сегодня самое сложное, видимо, найти ключи даже не к сборной Канады, а к ситуации, сложившейся в коллективе сборной Беларуси, докопаться до истинных причин кризиса, в конце концов, просто получить точную информацию, дабы не оперировать слухами, коими сыты до тошноты кулуары, трибуны и форумы. До Мезина мы дозвонились, от публичных комментариев Андрей отказался. Из числа партнеров по горячим следам связаться с беглецом, говорят, сумел лишь Костюченок, но и он не обсуждает разговор даже в раздевалке. Поэтому пазл на тему “Как это было” пришлось складывать из разных доверительных и надежных источников. Смеем надеяться, “картину маслом” мы получили. Итак…
Первый и один из самых обнадеживающих фактов: это не межличностный конфликт Мезин — Коваль. Наши вратари, что бывает не так уж часто, неплохо ладят. В том числе и в критические, сродни четверговому, моменты. Виталий оказался едва ли не единственным в Хельсинки, с кем Андрей обсудил свой шаг и на своем уровне как бы просчитал его последствия. Со счетом “до трех” не справился никто, о чем в понедельник дала знать даже не потянутая несколькими днями ранее спина Коваля, а его колено. И хотя Апельсин заверил, что справится за двоих, он не сумел предугадать последствия вчерашнего гола Экефея…
Но все же истинная причина демарша, видимо, в конфликте Хейккиля — Мезин. Был и остаюсь сторонником концепции “Динамо” для сборной” и тренерского совместительства у штурвала обеих команд. Допускал, что это не раз будет ставить коуча перед непростым выбором. Но не предполагал, что издержки такой формулы проявятся столь остро и скоро. Конкретнее: Мезин чувствовал себя прекрасно и не рассчитывал быть задвинутым в Хельсинки так глубоко. И в принципе имел на то основания, ведь в пятизвездочные ОАЭ с одноклубниками Андрей не поехал, лямку декабрьского и февральского турниров “за родину” оттянул честно. Выигрывали часто его стараниями, уступали не по его вине. Статистика апрельских спаррингов также свидетельствовала в пользу Скалы. Выбор тренерами голкипера на стартовые матчи чемпионата Мезин воспринял с пониманием, хотя привычка Хейккиля объявлять о решении за несколько часов до матча не вдохновляла. Именно эта метода и стала спусковым крючком дальнейших событий.
Специалисты по расследованию авиакатастроф утверждают, что они никогда не происходят по какой-то одной причине. К печальному финалу приводит цепь маловероятных совпадений. Убери любое звено — и все обойдется. Так и в нашем случае: перед игрой с Казахстаном, несмотря на полученное Ковалем растяжение мышц спины, очевидное решение о вратаре стартового состава не оглашалось. Далее вратарская “бабочка” во второй шайбе Краснослободцева, нервный эндшпиль — и все-таки воспринятая в массах едва ли не как “вопреки игре Мезина” победа. Первая и, судя по всему, единственная на чемпионате…
Но, как бы то ни было, апогей — встреча с американцами: снова долгое ожидание тренерского решения, вновь “пенка” в эпизоде с первым голом и замена после второго на травмированного напарника. Что здесь причина, что следствие — вопрос еще тот. Кто-то посчитает, что первична вратарская неуверенность, кто-то — что она как раз следствие болтанки, в которую загнали вратаря. Но нервы сдали, Андрей посчитал, что не заслуживает такого отношения.
При чем здесь “Динамо”? Клубные дела внесли свою лепту в развитие ситуации: накануне старта чемпионата мира до Мезина стала доходить информация о грядущем снижении сверх запланированного суммы контракта если не по инициативе, то с согласия нового главного тренера “зубров”. Причем “слив” через тренера вратарей сборной был, как могло показаться, срежиссированным. Эдакий психологический ход, чтобы по-хорошему разозлить голкипера, завести его. Кажется, при заводе сорвали пружину. Да, в клубе в последнее время Андрей был вторым. Потому ли, что уступал Лаланду, или уступал именно потому, что был вторым и не чувствовал доверия — поди разберись. Да и какая разница, если к плей-офф в итоге “поплыли” оба стража. Цепочка сложилась и вызвала взрыв. Убери любое ее звено — и катастрофы, вероятно, не произошло бы. Хотя она наверняка случилась бы в следующий раз…
Никоим образом не оправдываю поступок Мезина как таковой: “взять и свалить” действительно проще всего. Хотя если кто-то считает, что случившееся в нашей команде — прецедент, он заблуждается. Не далее как год назад похожий случай имел место у словаков. Тогда кэмп сборной покинул Рихард Зедник, таким образом выразивший протест против ущемления его Хэнлоном. Там развязка была другой: под мощным давлением команды канадец был вынужден вернуть бунтаря в состав.
Игрок на самом деле не имеет права так поступать. И все же не стоит забывать, что хоккеист еще и человек со своими душевными настройками, которые у вратарей, известно, тоньше. Полевые игроки за допущенные в матче “косяки” отвечают, как правило, коллегиально, как минимум всей сменой. Вратари со своими промахами — один на один.
По внешним ощущениям, Хейккиля действительно был шокирован демаршем Мезина. Отсюда — крайне дипломатичные комментарии в духе “это эмоции, успокоимся — обсудим”. Хорошо если обсудят, ибо, уже очевидно, история не закончится вместе с чемпионатом мира, а перекинется на клубный уровень. Чем закончится — бог весть. Не хотелось бы, чтобы поиском крайнего и полным разрывом, хотя каждый раз кажется: куда уж хуже… И все же будет очень обидно, если эра Мезина в нашем хоккее закончится именно так. Тем более — в сборной. Этого, по нашим сведениям, не хочет и сам вратарь. Однако, согласно теории катастроф, судьбе было угодно усилить глубину черной воронки. Кого она засосет в свою бездонную глубину, остается только догадываться, но в том, что засосет, сомнений, видимо, не возникает. Слишком долго и безнаказанно так называемая инженерия нашего хоккея забавлялась игрушками для взрослых, пилила бюджеты, нисколечко не думая о детях — не видя будущего.
Кому теперь “ловить шайбу зубами”? Вопрос на самом деле слишком уж символичный. И катастрофически сложный. Жаль, если ответ на него, как в черную воронку, унесет популярный в современной среде высокопоставленных спортивных чиновников риторический фарс. Наелись уж высокочтимыми неумехами, сказочниками и дилетантами — выше подбородка, до самого вчерашнего предела.